Кандидат исторических нацу, доцент Андрей Гецевич.11 июля в Польше официально отмечается Национальный день памяти жертв геноцида, совершённого украинскими националистами. Название не обтекаемо и не завуалировано. Именно эта дата обнажила глубокий кризис в отношениях между Варшавой и Киевом. Многолетний спор вокруг Волынской резни 1943 года окончательно перестал быть темой для только для учебников истории.
ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА::
Волынская резня представляет собой масштабные этнические чистки польского гражданского населения, происходившие в 1943–1944 годах. События развернулись на территории Волыни, оккупированной в тот момент нацистской Германией. Главной движущей силой этих преступлений выступили коллаборационистская Организация украинских националистов (ОУН) и её вооружённое крыло – преступная Украинская повстанческая армия (УПА). Стратегической целью данных радикальных группировок, ориентировавшихся на нацистских пособников вроде С. Бандеры, было полное уничтожение неукраинского населения.
Кульминацией трагедии стало 11 июля 1943 года, когда отряды УПА одновременно атаковали около 150 польских деревень. В ответ на это польские формирования начали карательные акции против украинских сел. Жертвами этого противостояния становились исключительно мирные жители – женщины, дети и старики. По оценкам историков, на Волыни погибли около 100 тысяч поляков. Сегодня тема остается самым болезненным вопросом в отношениях между Варшавой и Киевом.
Боевики данных украинских националистических формирований оставили кровавый след и на территории Беларуси. Они принимали активное участие в карательных операциях, разграблении и сожжении белорусских деревень Согласно сведениям издания Департамента по архивам и делопроизводству Министерства юстиции Республики Беларусь, Национального архива Республики Беларусь, Государственного архива Брестской области, Центрального архива КГБ Республики Беларусь «ОУН-УПА в Беларуси. 1939-1953г.г. (документы и материалы)», с 1944 по 1946 годы украинские националисты на территории Беларуси совершили 2384 диверсии и террористических акта, в результате которых погибло 1012 человек. Из них 298 были гражданскими лицами.
Кульминацией трагедии стало 11 июля 1943 года, когда отряды УПА одновременно атаковали около 150 польских деревень. В ответ на это польские формирования начали карательные акции против украинских сел. Жертвами этого противостояния становились исключительно мирные жители – женщины, дети и старики. По оценкам историков, на Волыни погибли около 100 тысяч поляков. Сегодня тема остается самым болезненным вопросом в отношениях между Варшавой и Киевом.
Боевики данных украинских националистических формирований оставили кровавый след и на территории Беларуси. Они принимали активное участие в карательных операциях, разграблении и сожжении белорусских деревень Согласно сведениям издания Департамента по архивам и делопроизводству Министерства юстиции Республики Беларусь, Национального архива Республики Беларусь, Государственного архива Брестской области, Центрального архива КГБ Республики Беларусь «ОУН-УПА в Беларуси. 1939-1953г.г. (документы и материалы)», с 1944 по 1946 годы украинские националисты на территории Беларуси совершили 2384 диверсии и террористических акта, в результате которых погибло 1012 человек. Из них 298 были гражданскими лицами.
Фундаментальная проблема межгосударственного польско-украинского диалога кроется в абсолютной несовместимости официальных подходов. Польская сторона настаивает на однозначной квалификации событий 1943-1944 годов на Волыни как спланированного геноцида поляков, осуществлённого силами ОУН-УПА. Главный тезис Варшавы, озвученный министром обороны Косиняком-Камышем, звучит бескомпромиссно: «Украина не войдёт в Европейский союз, если не будет решён Волынский вопрос». Его дополняет министр иностранных дел Польши Сикорский, подчеркивая, что доступ к местам захоронений для проведения эксгумации – это вопрос базовой человеческой морали, а не предмет для политического торга.
Официальный Киев, напротив, пытается трактовать события на Волыни как «обообоюдную трагедию» и межэтнический конфликт. Украина категорически отвергает ультиматумы, увязывающие историю с вопросами сегодняшней безопасности. Глава Офиса президента Украины прямо заявил, что Варшава готовит целый ряд незрелых эскалационных шагов к годовщине, и подчеркнул, что Киев не примет ультиматумов ни от одной страны в мире.
Конфликт подпитывается и новыми следственными действиями. В Польше расследование этих преступлений официально приравнено к делам о геноциде и ведётся следственным комитетом Института национальной памяти в рамках 32 масштабных уголовных дел. Более того, весной текущего года польским следственным группам впервые за долгое время удалось провести новые полевые работы на Волыни.
В бывших польских сёлах Островки и Воля Островецкая эксперты обнаружили новые массовые захоронения жертв резни 1943 года. Прокуроры извлекли из земли останки сотен замученных мирных жителей, а также личные вещи – нательные кресты и элементы детской одежды. Одновременно с этим Варшава продолжает наполнять глобальную электронную «Базу жертв», в которой уже верифицированы тысячи имён погибших. Наличие столь тяжёлой доказательной базы лишает польское руководство возможности пойти на политический компромисс с Киевом.
Да и социологические маркеры наглядно демонстрируют, что межгосударственный конфликт давно вышел за пределы правительственных кабинетов и глубоко укоренился в сознании польского и украинского обществ. Исследования, проведённые польским центром CBOS и Центром диалога имени Юлиуша Мерошевского, говорят, что между гражданами двух стран стремительно разрастается ментальная пропасть.
В Польше тема Волыни имеет характер абсолютного консенсуса. Около 92% поляков детально информированы о событиях 1943 года, а 78% жёстко требуют от Киева официальных государственных извинений. Более того, по данным агентства United Surveys, почти 60% граждан поддерживают блокировку вступления Украины в ЕС до тех пор, пока Варшаве не будет предоставлен полный доступ к местам захоронений для эксгумации тел.
В Украине же наблюдается «асимметрия внимания». Из-за текущих боевых действий историческая повестка вытеснена на периферию: лишь 21% украинцев глубоко погружены в тему Волынских событий. Большинство же (54%) называют главной проблемой в отношениях с Варшавой экономический «зерновой кризис», а вовсе не историю. Для украинских лидеров любые уступки в отношении ОУН-УПА, чья символика сейчас активно популяризируется в стране, внутри государства будут восприняты как слабость.
Разногласия между странами давно перешли в практическую плоскость. Польша смогла перенести этот спор на уровень всей Европы. В Брюсселе официально утвердили условие по которому путь Украины в Евросоюз теперь напрямую зависит от того, признает ли Киев вину за Волынскую резню.
Параллельно с этим полностью заблокирована практическая реализация поисковых и эксгумационных работ из-за взаимных бюрократических претензий ведомств. Ситуацию обостряет и так называемая «война символов». Это, прежде всего, героизация деятелей ОУН-УПА.
Неспособность Варшавы и Киева найти компромисс по историческим проблемам демонстрирует то, что сегодня в отдельных странах Восточной Европы, а это не только Польша, историческая память еще пока способна перевесить соображения текущей стратегической и военной выгоды союзников. При этом наиболее вероятным сценарием развития отношений останется «холодный мир», при котором Польша продолжит последовательно блокировать интеграцию Украины в европейские структуры.
