Меньше всего мне хочется повторять и повторяться, но есть одна тема, которая волнует, – история любви на фронте тогда еще Вали Сычевой, телеграфистки штабной роты и молоденького гвардейского младшего лейтенанта Коли Орлова, или Кольки, как он иногда подписывал свои фотографии.
 
Валентина Петровна сохранила несколько фотокарточек Николая. Фронтовые треугольники, солдатские письма, краткие подписи на снимках – отдельный трепетный жанр, пожелтевшая от времени бумага сохранили юные чувства. Переписка оборвалась после 1947 года.
Центральный архив Минобороны России (ЦАМО) крайне скуп на информацию. Из наградного листа: «Орлов Николай Михайлович. Дата рождения:1923. Место призыва: Шахтинский РВК, Ростовская обл., Шахтинский р-н. Дата поступления на службу: 1941. Юго-Западный, Белорусский и 1-й Украинский фронты с 2 марта 1943г. Ранен 6.12.42. легко. Должность: командир штабного взвода. Воинское звание: гв. лейтенант. Воинская часть: 230 отд. роты связи 197-й стрелковой брянской Красногвардейской дивизии. Дата подвига: 15.07.1944. Наименование награды: Орден Красной Звезды. Приказ подразделения №:38/н от: 19.07.1944».
По словам Валентины Барановой, Николая Орлова откомандировали в 1943 году в штаб, встречи сократились, но началась переписка. От Орлова Валя получала короткие письма и фотокарточки.
 
Старые снимки – это не просто другая эпоха с характерными для своего времени «другими» лицами, но и другое содержание личности. Фотокарточка с надписью на обороте – настоящий подарок невесте! Пожелания для любимой девушки в стихах очень ценились и береглись. Рукописный текст может многое рассказать.
 
В 1942 году попал в декабре после легкого ранения в госпиталь Ферганы. И фотография сделана там же после выписки. На фото 1942 года еще старые нашивки – в петлице один «кубик», что означало младший лейтенант. В январе 1943 года в РККА прошла реформа. Советские солдаты и офицеры надели погоны и сменили звания. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 06.01.1943 г. «О введении погон для личного состава Красной Армии».
Николай прислал девушке свой любительский автопортрет карандашом со словами: «Этот черт на обороте – отражение мое в зеркале. На память бывшему адъютанту Вале С. от Николая Орлова. 14.06.1944 г.» 
 
На другом снимке бравый офицер закусил в углу рта дымящуюся папиросу. По диагонали на обороте широким росчерком надпись: «Служба строевого офицера перед ранением 1944 г. «Но однажды весной... Лейтенант молодой...». Через месяц Николай получит тяжелое ранение. 
 
О другом ранении Николая Орлова известно из наградного листа. «1. Краткое, конкретное изложение личного боевого подвига или заслуги. Выполняя обязанности начальника направления связи, к 828 с.п. во время прорыва обороны немцев и преследования противника обеспечил бесперебойную связь командования дивизии с полком. Причем, под огнем противника, продвигаясь в направлениях, не проверенных от вражеских мин, презирая опасность, не сходил с линии и примером бесстрашия увлекал подчиненных и сам восстанавливал постоянно перебиваемую артиллерийско-минометным огнем противника линию связи. Сегодня, 15.07.44 г. тяжело ранен.
 
Вывод. За проявленное мужество и бесстрашие в обеспечении связи под огнем противника через заминированные пространства достоин Правительственной награды – ордена «Красная Звезда».
 
Со слов Валентины Петровны, Николай подорвался на мине: тяжелое ранение обеих ног – отправили лечиться в Сочи. Во время войны Сочи из небольшого курортного города превратился в огромный военный госпиталь. Уже к 1 января 1942 г. в Сочи действовало 50 госпиталей, рассчитанных на 20 500 коек.
 
Из Сочи девушке пришла фотография: раненый Николай в больничном халате выглядит бодро, на обороте несколько строк о любви: «Госпиталь 15.12.44. В любви разлука – испытание, / она откроет нам сама/… ложь в своих признаниях/ то верен чувству до конца. От Николая».
После войны Валя Сычева уехала в Вологду к старшей сестре, она закончила Томский мединститут, получила направление на работу, молодому специалисту обещали жилье. Бывшей телеграфистке надо было определяться с профессией, начиналась новая мирная жизнь. Николай отправился долечиваться в Ростовскую область, где жили его родители.Мама – военный врач, отец – главный инженер оборонного завода. Жизнь разлучила молодых людей.
 
«1.10.IX.45. …вспомни дни, что быстро пронеслись… Вале от Н.О. Шахты»..
 
Друг настойчив, на новый 1945 год пригласил Валю в гости в Шахты, хочет познакомить девушку с родителями. Рассказал, какая она веселая певунья, играет на немецком аккордеоне, была первой запевалой роты. Валя припасла красивый трофейный отрез на белое платье, строила планы на свадьбу. Но старшая сестра предупредила ее: «Куда это ты собралась, забыла, какая у нашего отца статья, напомню, 58, как перед войной по доносу попал под репрессии. Не порти парню жизнь».
 
Валя не отвечала на письма Николая, в один вечер бросила их в топку печки, бумага сгорела, оставив на всю последующую жизнь горькие воспоминания.
 
«Помнишь ли ты..? Не забывай, будь счастлива. 7.IV.1946. Шахты». 
 
Последнее письмо пришло в 1947 году, на фото Николай Орлов уже в гражданском костюме, студент 1-го курса железнодорожного института. 
…Младший брат Валентины Петровны после железнодорожного техникума работал в Московской области. Далеким эхом отозвались когда-то его слова: на Московской железной дороге есть начальник Николай Михайлович Орлов. Может, тот Коля? Кто знает…