11 сентября 2013 года не стало моего отца, любимого и любящего мужа, дедушки...
Отец всегда вставал на заре – в 6 утра, а то и раньше. Без будильника! Просыпался – и за работу! При этом аналитический склад ума гармонично уживался у него с творческой жилкой. Писал всегда, писал везде… Школа, СПК, друзья, родственники, соседи постоянно удостаивались дружеских четверостиший. Сотни статей – репортажей, очерков, интервью с интересными собеседниками в региональных и республиканских СМИ… Только в «Перспективе» за 45 лет тесного сотрудничества он опубликовал около 600 авторских материалов. Не единожды писали и о нем: и как об учителе, и как о музейном работнике, и как об одном из самых активных внештатных авторов.
Говорить об отце одновременно легко и тяжело. Тяжело потому, что, будучи летописцем своих родных Луцковлян и окружающей местности, о себе он рассказывал неохотно, относясь к своей персоне достаточно критически. А легко – в его биографии есть множество фактов, за которые запросто может «зацепиться» перо журналиста.
Однако лучше и более полно, чем его земляки, друзья, коллеги и те, с кем пришлось общаться по долгу службы, о Владимире Сергеевиче Козыреве, пожалуй, не скажешь.
Василий СВИРИД, председатель СПК им. Деньщикова:
– Необыкновенно светлый, открытый человек. Владимира Сергеевича всегда отличала предельная честность – по отношению к себе и к окружающим. В любое, даже самое, казалось бы, незначительное дело вкладывал душу и сердце. А если говорить о музее, создателем и идейным вдохновителем которого он был, то лелеял его словно собственного ребенка!
В его жизни не было места случайностям: работая учителем в средней школе, парторгом в колхозе, председателем Совета ветеранов в СПК, Владимир Сергеевич всегда тщательно планировал все мероприятия. И не случайно он родился 23 февраля, в главный мужской праздник. Интеллигент. За долгие годы совместной работы ни разу не слышал от него крепкого словца. До последнего своего дня он оставался джентльменом, Мужчиной.
Люди его ценили, уважали, люди его любили. Почему? Красиво жил. И, как это ни кощунственно, может быть, прозвучит, красиво умер. Мгновенно, словно после выстрела в сердце…
Денис ТАРАСЮК, заместитель директора СШ № 2 г. Гродно по воспитательной работе:
– Когда узнал о смерти Владимира Сергеевича Козырева, то чуть не умер сам. Шок, растерянность, боль, какой-то ступор в голове… Думал, что он, такой жизнерадостный и крепкий, будет жить до ста лет, ну, до девяноста как минимум.
Жалею, что он жил не в Гродно и виделись мы достаточно редко. Но общались систематически. По телефону. Уникальный, безо всякого преувеличения, человек. Как познакомились? В 1997 году я работал учителем истории Рыбницкой базовой школы Гродненского района и был направлен на методическое совещание руководителей музеев и музейных комнат. Мне только-только исполнилось 22 года. Кто я был такой? Пацан, да и только… И тут увидел представительного мужчину, который выступал очень емко, толково, по делу. Буквально каждое его слово имело вес. Он даже молчал красиво. Я подошел с каким-то вопросом. Владимир Сергеевич внимательно выслушал и… пригласил в гости. Показал школу, сделал увлекательнейшую экскурсию в музей, а потом позвал домой. Елена Александровна приготовила вкусный ужин: первое, второе, третье… Потом Владимир Сергеевич (улыбается. – Прим. авт.) налил 100 грамм. Я с первых же минут чувствовал себя как дома!
Долгие годы я советовался с ним. И по истории, и по другим житейским вопросам. Он родился в 1938 году, как и мой отец. Но отец рано, когда мне было 19, ушел из жизни. Поэтому, наверное, я подсознательно всегда тянулся к Владимиру Сергеевичу. Он удивлял. Всегда! Обладал удивительно цепкой памятью. Очень чуткий, внимательный. Это, пожалуй, его главные черты. Как-то я работал в оздоровительном лагере воспитателем, так Сергеевич привез мне несколько банок с вкуснющим вареньем и массу нужной мне литературы. Где бы я ни был, трогательно опекал меня.
Был настоящим учителем – для него это скорее не профессия, а состояние души. Славный был человек! Вернее – человечище…
Валентина ЖУРНЕВИЧ, директор Луцковлянской школы-сада:
– От нас ушел человек-эпоха, человек-история, человек-легенда, человек-глыба. Человек с удивительно цепкой памятью: он знал и помнил сотни, тысячи своих выпускников по фамилии и имени. Написал гимн для многих классов, для школы, колхоза, родных Луцковлян…
Я крестная мама его горячо любимой внучки Верочки. Всегда с трепетом наблюдала за их отношениями. Дед писал для своей внученьки стихотворения – каждый день! А на свадьбу подарил… целый том стихов.
Внешне это особо не проявлялось, но он очень близко брал все к сердцу – вот оно и не выдержало. Пожалуй, лишь единицы знали, что его большое доброе сердце болит – перенес на ногах два инфаркта, но до последних своих мгновений Владимир Сергеевич не тускло горел, а ярко светил.
Он был Учителем с большой буквы. А мне посчастливилось семь лет быть его ученицей. На уроках Владимира Сергеевича всегда царила необыкновенная атмосфера, и даже самые отъявленные двоечники, которые отставали по другим предметам, старались отличиться на истории. Знаю, что он стал первым в области учителем высшей категории. Помню, что, когда был классным руководителем, из класса всегда выходило по 3-4 золотых медалиста.
Александр БИРКОС, профессор медицины, друг детства:
– С Володей мы познакомились в далеком 1948-м году. Вместе ходили в 5-й класс Квасовской школы: я пришел из Дорошевичей, он – из Бараново. Володя Козырев всегда и во всем был первым: в учебе, в спорте, в каких-то иных детских играх. Наша дружба прошла испытание временем и длилась 65 лет. Что еще? У необычного человека, коим и является Владимир Сергеевич, хватало необычных историй в жизни. И даже после смерти… На 40 дней я приехал в Луцковляны, мне устроили экскурсию в музей. И здесь с его сыном стали говорить о душе, которая, согласно существующим поверьям, через сорок дней после смерти тела прилетает в те места, которые ей особенно дороги… И вот – именно под эти слова – дверь музея резко отворилась, и в помещение влетела необыкновенной красоты птичка. Она села на портрет Владимира Сергеевича, покружила над экспонатами, сделала три круга по помещению музея и, помахав на прощанье крыльями, выпорхнула… Это прощалась его душа…
Анна ЭЙСМОНТ, агрогородок Луцковляны, соседка:
– Мне повезло: я была одноклассницей Владимира Сергеевича в школе, а впоследствии – коллегой по нелегкому учительскому ремеслу и, наконец, с 1968 года – соседкой по дому. Володя всегда был яркой личностью. Спортсмен, отличник, активист. Кудрявый, с броской внешностью, начитанный, он всегда был готов прийти на помощь. И просто замечательно, что эти качества сохранились у него на всю жизнь!
Привыкла видеть его с книгой: он со школьной поры любил прочитать хорошее произведение, которое тронуло бы сердце и заставило грустить душу. И в тот трагический день, 11 сентября 2013 года, Владимир Сергеевич несколько часов читал на лавочке под березами, которые сам посадил. Честно говоря, до сих пор не верю в утрату. И не могу с ней смириться. Не могу больше говорить… Я плачу…
Михаил МАКАРЧУК, экс-директор Индурской СШ, друг:
– Мы были рядом долгие годы. Посчастливилось вместе учиться в Гродненском пединституте, служить срочную в войсках ПВО в Ленинграде, три десятка лет работать в соседних школах, наконец, просто дружить… Слово «посчастливилось» здесь употреблено вовсе не случайно. Всегда буду помнить человечность Владимира Сергеевича, его «людскасць», трепетное отношение к родителям, к семье, к ученикам, коллегам, к окружающим. К нему тянулись, приходили за советом, как говорится, и стар и млад.
Вспоминаю, какие трогательные стихи он писал ленинградскими белыми ночами на тумбочке, у окна своей Леночке, с которой впоследствии были женаты почти полвека…
Спрашиваете, не «подкалывали» ли сослуживцы? (Улыбается). Нет, боялись! И уважали. Ведь Володя профессионально занимался не только шахматами, но и… боксом, тяжелой атлетикой, был чемпионом Ленинградского военного округа по фехтованию.
Да, срочную службу в Советской Армии он проходил в войсках ПВО. В Ленинграде! Я вовсе не случайно ставлю восклицательный знак, ибо Владимир буквально заразил нас любовью к истории: практически каждые выходные в увольнениях (которые, к слову, надо было заслужить) мы любовались красотами Петергофа, Смольного, иных архитектурных памятников.
А всяким «Лондонам-Парижам» он безусловно предпочитал красоты родной Беларуси. Владимир Сергеевич Козырев обладал энциклопедическими знаниями по истории своего края. И вообще: казалось, не было вопроса, на который он не мог бы ответить.
Ровно год прошел, как его с нами нет. Не верится. Скорблю бесконечно…
Раиса ЧУГАЙНОВА, агрогородок Луцковляны, сваха:
– Мы очень гордились и гордимся, что Бог дал нам такого родственника. Замечательный педагог и человек! Своеобразной визитной карточкой Владимира Сергеевича Козырева всегда были подчеркнутая доброжелательность и мягкая добрая улыбка.
Буквально за полчаса до трагедии он был у нас в гостях. Ничто не предвещало беды… Уходя, у калитки, улыбнулся и помахал на прощанье рукой. Таким я его и запомню…
Он всегда приходил на помощь по первому зову. Помогал пасти коров, косил, колол дрова, копал картошку… Поскольку родился и вырос в деревне, умел делать по хозяйству буквально все!.. Обладал огромной физической силой: в 75 мог запросто поднять мешок-другой картошки на вытянутые руки. И, как все сильные люди, был добрым.
…Говорят, что время лечит. Неправда! Скорее, лечат добрые и искренние слова добрых людей.
Закончу статью-реквием стихами Владимира Сергеевича.
Заветное
Вот Родина моя –
Полянка у дороги…
Цветы… Полет шмеля…
Садись, траву потрогай!
Уйду я – ну и пусть –
Мне вечности не надо –
В березовую грусть,
В березовую радость.
Когда-то малышу
Березка шелестела,
Одной ей разрешу
Пронзить корнями тело.
И весь я перельюсь,
Мне большего не надо –
В березовую грусть,
В березовую радость…
