Восьмидесятичетырехлетняя Ядвига Сурмач из деревни Дайлидки и сегодня даст фору любому. Она держит небольшое хозяйство, сажает огород и не скучает от одиночества.
Привет подружкам
Наше знакомство с пожилой женщиной было неожиданным. В Дайлидки отправились по другому поводу: рассказать об удивительной истории спасения одного из местных жителей.
В деревне встретились с почтальоном Ларисой Снопок. Та убедительно просила нас зайти к Ядвиге Сурмач. Мол, у женщины непростая и удивительная судьба. К тому же через газету Ядвига Зигмундовна собиралась передать привет своим подружкам. О них «Перспектива» рассказывала не так давно. Тот номер случайно попал в руки пенсионерке Сурмач. Узнала Ядвига Зигмундовна по фотографиям своих девчонок. А вот прочитать статью на русском языке не смогла. В школу она почти не ходила. Только год сидела за партой. За это время успела освоить азы польской грамоты. Единственная книга, которую на протяжении всей жизни держит в руках – молитвенник на польском языке. Поэтому, когда однажды к Ядвиге Сурмач зашла почтальон, пенсионерка достала из-под скатерти аккуратно сложенную страницу газеты и попросила прочитать. Пока почтальон читала, женщина плакала. Вспоминала родителей, молодость, радости и горести.
Мать, а не мачеха
Жизнь и судьбу Ядвиги Зигмундовны действительно легкой не назовешь. В восемь лет осталась без матери. Отец привел в дом мачеху, но вскоре его самого убили. Чужая женщина не бросила девочку и ее брата. Воспитала и вырастила. «В детстве я и овец, и коров пасла, – рассказывает собеседница. – Делала всё, что мачеха скажет. Боялась, чтобы не бросила меня. Куда бы я пошла? Она меня и замуж выдавала». Счастливое замужество Ядвиги Сурмач было недолгим. Прожив вместе с любимым Станиславом несколько лет, похоронила его женщина после тяжелой и продолжительной болезни. Прошло время, и случайно встретила в магазине Ядвига еще одного Станислава. Сначала подвел домой, потом стал приезжать. Но ни дня не скрывал мужчина, что один воспитывает троих детей, которым Ядвига Зигмундовна старалась заменить мать. Вместе со своим Станиславом плакала и переживала, когда хоронила двух его сыновей. Дочери мужа тоже уже нет в живых, как и самого Станислава. Бережно хранит Ядвига Зигмундовна все награды своей половинки. Показывает нам пиджак ветерана Великой Отечественной войны, увешанный медалями. «Как носил, – говорит собеседница, – так и весит. Память для внуков».
Последние частенько бывают в Дайлидках. Приезжают по воскресеньям, чтоб отвезти Ядвигу Зигмундовну в костел и обязательно отведать фирменного бабушкиного блюда – бабку из деревенской печи. «Она для них как торт, – замечает женщина. – Я специально большую пеку. Что не скушают, с собой забирают. Даже терку электрическую мне купили, чтобы руки не болели».
По прозвищу Шмыжки
Несмотря на свои почти восемьдесят пять, Ядвига Зигмундовна полна оптимизма и энергии. Ее день расписан буквально по минутам. Не привыкла лежать без дела. Всю жизнь на полевые работы в колхоз ходила, да и дома хозяйство держали. Как замечает сама: всего две коровы, свиней и прочую живность. А теперь же встанет утром – печь протопит, курочек покормит, приготовит себе покушать, к соседкам сходит. В доме вместе с хозяйкой живут еще два «распустных» кота с одной кличкой Шмыжка. «Толькі бегаюць туды-сюды и мяне нярвуюць», – шутливо отзывается она о своих подопечных.
На вопрос, не страшно ли одной, Ядвига Зигмундовна, не задумываясь ни на минуту, ответила: «Не одна я, с Богом». И приоткрыла дверь в другую комнату, где полно икон. Сядет она возле них и тихонько молится. Вспоминает тех, кого уже нет рядом. Просит о здоровье для себя и внуков. А также надеется, что подружки обязательно прочитают о ней.
